Марина Шапиро. Новые стихи.
07.07.2012, 00:10

 

                                                                         МАРИНА   ШАПИРО



                   Всё сама

Лепечет мягко за окном дождик,
Ночной Москве шуршит свои сказки.
Не спится мне и наяву, вроде,
Гляжу на холст, хватаю кисть, краски.

Давно не жду, когда придёт муза,
Сама пишу, рисую, жизнь строю,
Сама открою для судьбы шлюзы,
Возьму высОты плавно, без боя.

Когда замёрзну, то пою — греюсь.
Сама сбиваю сливки… хлоп — масло.
Солю покрепче, прочь гоню серость,
Горю, ведь свечка иногда гасла —

Фитиль слабел, и сквозняки били.
А я привыкла — пусть метёт ветер.
Он, если дует, никакой пыли
Вокруг меня, и горизонт светел.

Не страшен дождик — открывай окна,
Попробуй голос — я тебя слышу.
И ничего, что стих в дожде мокнет.
Там, выше — солнце.
      Забирай выше!

 

 

                            Театр жизни

На сцене все мы королевы, какой, неважно даже, масти.
А свита справа, сзади, слева подыгрывает нам со страстью.
Но там, за рампой, ушлый зритель, не пожалев аплодисментов,
Уйдёт потом в свою обитель, не видя главного момента —
Когда срывая маску с тела, с лица, с души и с ощущений,
Не сможем обнажиться, в целом. И только в боль стихотворений,
Сбиваясь на сдиранье кожи, на вены, вскрытые публично,
Мы, может, обнажиться сможем… И то, скорей всего, частично.

 

 

            Вот таким путём

На перепутьях, перевалах,
Летим, как на автопилоте.
Нам скорости для жизни мало,
Хотя и выглядим устало,
И светофор кроваво-алый,
Упрямо светит в лица: Стойте!

Но мчимся мы без остановки,
Без ощущения порога,
Ни разделительной, ни бровки…
Поодиночке — овцы, волки,
Себя обманывая ловко,
Что только для тебя дорога.

— Притормози! — кричат с обочин, —
— Куда летишь?! Никто там не был!
Но тормоз нами обесточен,
Пейзаж навстречу — мимо! В клочья!
На свет летим из длинной ночи,
Где вместе с трассой рухнем в небо.

 

            Женщина в возрасте

Обмылком смылится последний день красавицы,
И мимо зеркала в потёмках шарит взгляд.
Не надо хмуриться и не спешите стариться,
Купите к вечеру какой-нибудь наряд.

Оставьте прошлое — оно давно заезжено,
В помойку выкиньте гербарии побед.
Живите заново, задайте ритм бешеный,
А всё, что брошено — как не было, и нет.

Кончайте плакаться по поводу — без повода,
Хватайте первое, что катится к ногам.
Да, мы не вечны, но пока бежит по проводу
Волненья ток,
                        я ни минуты не отдам.

 

 

                                   Жар-Птица

Курлыча, мимо пролетит, крылом заденет — не заметит.
У тех, что были на пути, перо останется в горсти.
Она за это не в ответе.

Что ей, летящей средь миров по небесам, куда захочет,
Чудак, вцепившийся в перо? Вы скажете: «Любовь»?
Старо.
Полёт на вольности заточен.

Смотрящих в небо исподлобья, так много бродит, по земле,
болеющих своей любовью.
                                       Но птице той не до гнездовья —
она всё время на крыле.

Вертя перо и так, и сяк, пускай глядит на всплески радуг
внизу тоскующий чудак.
                                       Она ему не друг, не враг —
Ей просто этого не надо.

 

 

                 Романс

Перешагну осенний хмурый плен,
В убежище зимы укрою прошлое.
Нам лето шепчет сказку про хорошее,
Но осень отрезвляет насовсем.

Успеть бы дотянуться до тебя
Прохладным указательным из осени,
Поскольку вёсны нас давно забросили,
Зима согреет, истово любя.

Из-под снегов, с декабрьских глубин,
Выстреливает флаг весны подснежником,
Но подо льдом бурливая нежней река,
Так не буди её и не губи.

Пускай проспит она свою волну,
Пускай не тает лёд годами зимними,
А для тепла ты просто обними меня,
Ведь, если лёд растает — утону.

 

 

Роман Природы с Февралём

Как правило, не любим мы погоду.
То холодно, то жарко — мы болеем.
Назло всем мАртам юным и апрелям
Седой февраль насилует природу.

Она к нему навстречу распахнулась,
Сняла с себя роскошные наряды,
А он про хОлодность забыв и про сутулость,
Её валтузит целый месяц кряду.

Они друг другу все открыли тайны:
Что у него короткий век, что с ними
Всё временно, и скоро будет «майна»,
Что он затоптан будет молодыми…

Что к ней придёт другой,
                                      февраль ревнует:
— Ужель забудешь жаркие морозы?
Забудет… знают истину простую.
Февраль в стекле высверливает розы.

Она с ним так до косточки открыта,
Что аж за горизонт при ярком солнце
Видна насквозь — люби меня досЫта,
А март придёт — сметёт цветы с оконца.

Ведь с ними я не так, пойми хороший,
Я им ТВОИХ цветочков нарожаю.
Люблю ТЕБЯ! Укрой меня порошей,
Цветы весны — то НАШИ урожаи.

Ушел февраль.
И март с апрелем хлипким
Расселись в лужах теребить поэтов.
Природа тут же с вежливой улыбкой
Прикрыла зеленью свою печаль об этом.

 

 Испания. Зона страсти

 

                                       "А ветер, горячий и голый,
                                        крался, таясь у обочин,
                                        в сумрак, серебряный сумрак,
                                        ночи, колдующей ночи."
                                               Федерико Гарсиа Лорка
 

Вылетает вагон из тоннеля длиною в столетье,
Синевой задыхаюсь, вонзаясь в пространство пейзажа —
Вот он, рядом со мной, спетый Лоркой, разнузданный ветер.
Неужели я здесь, Федерико? Не верится даже.

Молодые оливы под небом ярчайшим бледнеют,
Светло-серою дымкой зелёная крона покрыта,
Наливается маслом равнина и солнце над нею
Оплывает по спинам быков, золотя их копыта.

Выгибают холмы свежей зеленью крытые спины,
По которым овечек разбросаны стаи босые.
Это здесь вызревают густые душистые вина,
Это здесь моя сладость и боль, это АндалусИя.

Я тебя прозревала давно, я тобою болела.
Ты мой важный мотив, ты запретный мой плод, зона страсти.
Только кровь на песке и рогами воздетое тело
Принуждают гитару рыдать и меня — тоже — настежь.

 

 

              Судьба гения

Уж слишком ярок и талантлив был он.
Ату его! Ату! — кричали смерды,
Рычал партер с неимоверным пылом —
Все бесталанные жестокосердны.
Он рисовал — холсты рубили в клочья.
Стихи писал —  сжигали не читая.
Он погибал на дыбе каждой ночью…
Не правда ли, история простая.

Но вот печаль — он в каждом веке выжил,
Сменив стихи на скрипку или краски.

Чтобы его достать, прицелься выше
И узнавай под каждой новой маской.
 * * *
Да, оглянись, увидишь — вон он, выжил.
Как прежде — нараспашку, без рубашки,
А у курка толпа тревожно дышит
И снова ждёт решающей отмашки.

 

      Простившись с Хароном

Из воды иду на берег. Предо мной лежит большак.
Если каждому по вере, это значит мне — никак?..
Но не может быть. Я вижу дали в дымке голубой,
И собака след мой лижет. Эй, собака, не обижу,
Подходи ко мне поближе, и пойдём гулять с тобой.
Кто ты, Моська или Шавка?
Цербер?!
   Ладно!..
      Не шути...
Правда… Вот и будка «Справка» всем нам нужная в пути.
Неизвестностью не мучай, покажи куда идти,
Чтоб сказать на всякий случай Богу «Господи, прости!»

 

 P.S. Ссылка на страничку Марины Шапиро на Diligans

http://diligans.ucoz.ru/load/marina_shapiro_naskvoz/1-1-0-117


"Творчества Причал"

Беседа с Мариной Шапиро

http://diligans.ucoz.ru/load/quot_davaj_s_toboj_pogovorim_quot/tvorchestva_prichal/11-1-0-243

 

Категория: Поэзия. Том I. | Добавил: diligans
Просмотров: 929 | Загрузок: 0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]